Памятники налогового права античных государств Северного Причерноморья "римского" периода (вторая пол. I в. до н.э. - третья четверть III в. н.э.)

Значение права античных государств Северного Причерноморья в истории Украины и России, тяжело переоценить. Оно не исчерпывается лишь взаимными влияниями с правовой культурой окружающих племен того времени. Тысячелетняя эпоха существования античной цивилизации в Северном Причерноморье оставила глубокий след в праве последующих поколений. Ее традиции легли в основу правового развития населения раннесредневековых городов Крыма. Античные элементы видим также в правовой культуре населения Юго-Восточной Европы более позднего периода.

Современная историко-правовая наука до настоящего времени имеет существенные пробелы в освещении даже самых основных черт права рабовладельческих государств, располагавшихся в Северном Причерноморье около двух тысяч лет тому назад, в то время, как этот вопрос является одним из фундаментальных с точки зрения понимания процессов формирования основ правовых систем многих нынешних европейских государств.

Большое значение для анализа вопросов развития права причерноморских полисов имеет исследование выявленных археологами эпиграфических надписей юридического содержания, которые представляют значительную ценность для историко-правовой науки, поскольку они являются самыми объективными из всех ныне доступных источников. Еще в начале ХХ века один из патриархов отечественной исторической науки новейшего времени В. Бузескул подчеркивал, что надписи "чужды той субъективности, которая отличает произведения историков. Преимущественно они в большей или меньшей мере современны событиям, которых касаются, и дошли до нас непосредственно, не извращаясь многочисленными переписчиками" [2, с. 14]. Эти надписи иногда и являются памятниками права, то есть зафиксированными в письменной форме источниками права, давно утратившими свою силу, прекратившими действие. Они лишь сохраняют память о праве минувших времен, и потому представляют интерес в основном лишь с точки зрения историко-правовой науки. Из памятников права мы узнаем о сущности правовых норм, действовавших в былые времена.

Небольшое количество памятников юридического содержания, найденных в ходе археологических исследований Тиры, Херсонеса, Ольвии, Пантикапея, являлись источниками налогового права - подотрасли финансового права. Налоговое право представляет собой совокупность юридических норм, устанавливающих виды и порядок взыскания налогов в данном государстве, регулирующих отношения, связанные с возникновением, изменением и прекращением налоговых обязательств.[12, с. 228]

Налоговые правоотношения возникают при уплате налогов субъектами налогообложения, где стороны являются носителями прав и обязанностей, установленных законом [4, с. 47]. Система налоговых правоотношений подчинена определенной цели, а именно: установлению и взысканию налогов. Под налогами ныне понимают обязательные, по юридической форме безвозмездные, нецелевые, безвозвратные, безусловные платежи юридических и физических лиц, которые установлены органом законодательной власти или органом местного самоуправления для зачисления в государственный или местный бюджет или в целевой фонд в точно определенном размере и в определенный срок [11, с. 223]. Наиболее существенные черты налогов состоят в том, что они изымаются на основе законодательно закрепленной формы и порядка поступления; изъятие их имеет принудительный характер; им присущ в определенной мере безэквивалентный характер платежей [11, с. 221]. Важным признаком налога является его обязательный характер. Он предполагает невозможность законного уклонения от его уплаты (кроме льгот, закрепленных в нормативном акте). У плательщика нет выбора: платить или не платить. Его единственный законный путь - передача налога в бюджет (хотя этот путь не всегда избирается им) [11, с. 220].

Сохранилось немало свидетельств о наличии налогообложения населения в античных государствах Северного Причерноморья. Анализ совокупности археологических данных позволил исследователям сделать вывод о том, что уже во второй половине І тыс. до н.э. херсонесская гражданская община - верховный собственник земли - получала, по крайней мере с части населения, ренту-налог, вероятно, зерном, которая не только присваивалась ее социальной верхушкой, но и направлялась на развитие Херсонеса [3, с. 117]. Существовали также иные виды налогов. Учитывая значение и масштабы рыболовства, известный украинский исследователь античности В.И.Кадеев предполагал, что органами государственной власти Херсонеса для пополнения бюджета практиковалось взыскание налога на рыбу, который был хорошо известен в греческом мире [5, с. 100]. Очевидно, это был налог на промысел. Объектом налогообложения, вероятно, выступала суммарная стоимость добытой рыбы по рыночным ценам.

Как свидетельствует одна из ольвийских надписей второй половины ІІІ в. до н.э., с целью найти выход из денежного затруднения, вызванного острым финансовым кризисом, правящая верхушка в лице коллегии семи приняла постановление ввести налог на жертвоприношения, который должен был поступать в государственную казну. Размеры налога четко определялись: 300 медных монет (халков) за козу и овцу, 1200 - за быка, 60 - за шкуру [6, с. 3; 13, № 76]. Имеются сведения и о существовании чрезвычайного налога (эйсфоры), взымавшегося в военное время.

После образования Боспорского царства эксплуатация его населения и соседних территорий, населенных варварами, осуществлялась главным образом с помощью определенного налогового механизма. Уже в конце V - в начале IV ст. до н.э. в Боспорском царстве правящей династией была установлена натуральная (хлебная) рента-налог или форос, который взимался с зависимого населения, а, возможно, и с греческого населения подвластных городов [3, с. 72].

До нашего времени сохранились тексты некоторых нормативно-правовых актов, регулировавших отношения в сфере налогового права севернопричерноморских государств в первых столетиях нашей эры - в так называемый "римский" период. Это было время активных контактов с Римской империей, определенного влияния римского права. Но в каждом из государств эти взаимоотношения имели свои особенности. Если в Тире, Ольвии и Херсонесе дислоцировались римские гарнизоны, то в Боспорском царстве римских войск не было, хотя оно и оставалось союзным Риму государством, вследствие чего его правители утверждались на престоле в столице империи. Все государства Северного Причерноморья выплачивали империи трибут, как Боспорское царство, или, как это было в Херсонесе, содержали за свой счет римские гарнизоны.

Среди памятников того времени, содержавших нормы налогового права, следует, прежде всего, упомянуть рескрипт боспорского царя Аспурга (10/11 - 37/8 гг.. н.э.) жителям Горгипии 14/15 г. н.э., которым горгипияне освобождались от уплаты налогов. "…Горгипиянам (друзьям моим), - сообщал монарх, - я дал освобождение от (уплачиваемых) с вина, пшеницы и (ячменя) одной одиннадцатой, из проса же (одной двадцатой?)…"[1, с. 200].

Известен также датируемый 201 г. рескрипт римского императора тирасцам. В нем подтверждается освобождение от налогов граждан Тиры. Иммунитет, подтвержденный рескриптом, касался лишь определенных категорий товаров, а не вообще налогов, сбор которых находился под контролем чиновников налогового округа Иллирик, в состав которого включалась не только территория провинции Мезии, но и Тира. Трудно сказать, когда гражданам Тиры впервые было даровано освобождение от налога, но, исходя из текста императорского рескрипта, можно думать, что это произошло еще в первой половине II ст., и было лишь подтверждено во времена правления Септимия Севера. Освобождение тирасцев от налога было важным мероприятием, которое в конечном итоге должно было привести к подъему экономики, ведь одно лишь сельскохозяйственное и ремесленное производство, как об этом свидетельствуют имеющиеся материалы, не могло сыграть решающей роли в этом процессе. Содержание императорского рескрипта, в котором говорится об освобождении граждан от уплаты налога, уже само по себе свидетельствует о значительном развитии торговли с Римской империей и об определенной ее регламентации римской администрацией [3, с. 182].

Один из наиболее интересных памятников налогового права был обнаружен в 1891-1892 гг. исследователем Херсонеса К.К. Косцюшко-Валюжиничем. Он представлял собой мраморную плиту с выбитым на ней текстом переписки наместника Нижней Мезии (вероятно, Тертуллия) [10, с. 57] с должностными лицами Херсонеса и начальниками римского гарнизона, расположенного в городе, по поводу проституционной подати (capitulio lenocinii или же vectigali). Эта находка привлекла внимание археологов В.В.Латышева, М.И.Ростовцева, И.Турцевича, Э.И.Соломоник, которые описали ее в своих трудах [13, № 404; 10, с. 57; 9, с. 20-27; 7, с. 63-69]. Из шести документов три были написаны на греческом языке, два - латынью, один - двуязычный. Комплекс документов начинался письмом наместника римской провинции Нижней Мезии Тертуллия* магистратам Херсонеса. К сожалению, текст этого документа полностью не сохранился.

Другие письма сохранились почти целиком. Среди них - письмо херсонеситов наместнику провинции; ответ наместника гражданам Херсонеса; письмо того же наместника трибуну легиона, командующему римской векциляцией (т. е. начальнику римских войск в Крыму и на всем северном побережье Черного моря) [7, с. 67] Атилию Примиану; письмо наместника центуриону векциляции (т. е. командующему херсонесским гарнизоном) Валерию Максиму; его же обращение к обоим военачальникам [9, с. 23].

Анализируя обстоятельства, предшествующие составлению документов, М.И. Ростовцев высказал гипотезу, что в период, когда в Херсонесе уже окончательно разместился римский гарнизон, возможно по распоряжению императора Адриана (117-138 гг. н.э.) или Антонина Пия (138-161 гг. н.э.), была установлена подать, которая должна была взиматься с лиц, посещавших квартал города, где находились публичные дома, а также проживали женщины, занимавшиеся проституцией индивидуально [7, с. 65]. Очевидно, взимать этот сбор поручалось солдатам римской векцилляции.** Определенная часть денег направлялась на их содержание. Как убедительно доказал М.И.Ростовцев, это была плата города за защиту его римским войском от "варваров", взнос ольвиополитов на содержание отряда, вероятно не единственный [8, с. 147].

Существование такой подати и порядок ее взыскания, конечно, должны были вызвать разнообразные недоразумения и споры. С целью их разрешения херсонеситы обратились к императорам-соправителям Марку Аврелию и Луцю Аврелию Веру (161 - 169 гг. н.э.) или же Марку Аврелию и Луцию Елию Аврелию Коммоду (177 - 178 гг. н.э.). В ответ императоры издали рескрипт, которым уменьшили часть суммы, поступавшую солдатам, и увеличили ту ее часть, которая шла в пользу города. Возможно, это и был "дар" (?????), о котором говорится в декрете. Все дело через легата императоры передали на рассмотрение трибуна Аррия Алкивиада, который и вынес решение (дословно - приговор, sententia). Данным решением окончательно устанавливались размеры подати [7, с. 66].

Однако римские легионеры не согласились с таким положением дел. Они не только продолжали взимание подати в прежнем завышенном размере вопреки распоряжению императоров и решению трибуна, но и обратились к легату с просьбой дать им на это официальное разрешение, очевидно, не сообщив ему о предшествующем ходе дела.

Узнав об этом, херсонеситы, со своей стороны, составили обращение с жалобой на самочинное повышение легионерами римской векцилляции проституционной подати, которое и было передано легату. К жалобе прилагались все предшествующие документы: рескрипт императоров, commentarii легата и решения трибуна. Справедливому решению вопроса херсонеситы придавали большое значение, отмечая, что более необходимого "…нет ничего для людей, понимающих (пользу) рассудительной жизни и стремящихся сохранить благопристойность" [9, с. 23] .

Ответом на обращение херсонеситов был рескрипт легата, который и представляет собой первое письмо в найденном комплексе документов. Как уже отмечалось, текст этого, первого документа полностью не сохранился. Известно лишь, что в письме говорится об ответе императора и приказе наместника, которые приписывалось выставить публично, "чтобы всем были ясны распоряжения…" Очевидно, в своем мнении римский чиновник стал на сторону граждан Херсонеса. Обращаясь к магистратам города, он уверяет, что никаких изменений "…в этих делах" не предполагается [9, с. 23].

В других своих письмах легат - наместник Нижней Мезии обращает внимание на обязанность херсонеситов и в дальнейшем вносить в казначейство подать в установленном ранее размере.

Таким образом, было точно определено назначение денежного взыскания - деньги вносились в фиск (fisco pariaverit). Кроме того, в письмах четко указывается на юридический характер принятого прежде решения трибуна Аррия Алкивиада - sententia sub iu[dicii forma] [7, с. 68]. Легат еще раз настойчиво предлагает выборным лицам Херсонеса "побеспокоиться о том, чтобы копия его решения, написанная разборчивым почерком (exemplum aperta manu scriptum), была выставлена возле…[фрагмент не поддается восстановлению - А.Г.], где она могла бы правильно читаться с равного места" [9, с. 24]. Согласно общественной мысли того времени это должно было обеспечить постоянство законодательства.

Очевидно, письма с официальным толкованием принятого прежде постановления выступали в качестве источника налогового права, о чем свидетельствует факт нанесения их на каменную плиту и выставления для всеобщего ознакомления, чтобы никто не смог ссылаться на незнание закона.

Итак, проанализировав тексты лапидарных надписей,*** а также принимая во внимание свидетельства нарративных источников**** и данные археологии, можно прийти к следующим выводам. Во-первых, в Херсонесе, как и в других античных государствах Северного Причерноморья, уже в начале нашей эры возможно констатировать наличие достаточно развитой системы налогообложения. Уже для того времени можно отметить факт выполнения налогами своих основных функций, и, прежде всего, фискальной (от лат. fiscus - государственная казна), которая состоит в насыщении доходной части бюджета для удовлетворения общественных потребностей. Четко проявляется и другая функция - распределительная, которая представляет своеобразное отражение фискальной: наполнить казну, чтобы потом распределить полученные средства [11, с. 218]. Хотя, именно ненадлежащая реализация этой функции и стала причиной конфликта херсонеситов с командованием херсонесской векцилляции. Исполнялась и третья функция - контрольная, которая реализовывалась в процессе налогообложения населения Херсонеса при регламентации Римским государством "финансово-хозяйственной деятельности" женщин, занимавшихся проституцией.

Самовольным повышением проституционной подати римские солдаты нарушили важный принцип налогообложения, согласно которому в конечном итоге плательщик должен получить отдачу от внесенных ним налогов, если государство реализует потребности, в которых заинтересовано все общество и каждый его индивид (в данном случае - соблюдение норм общественной морали). В этом понимании налоги как будто возвращаются к плательщику [11, с. 220].

Право, в частности и налоговое, не возникает спонтанно. Оно выступает продуктом развития общества, достигшего определенной ступени своего развития, являющегося достаточно цивилизованным для того, чтобы выработать нормы, которые бы регулировали определенные сферы общественных отношений. Уже в начале нашей эры можем констатировать наличие в античных государствах Северного Причерноморья достаточно развитой, сложной и разветвленной системы налогового права. Принимая во внимание определенную примитивность (с современной точки зрения) налоговых правоотношений, уровень развития государственных органов, на которые возлагались функции валютного регулирования, отвечал уровню экономико-правового развития античного общества. Несмотря на определенные особенности, правовые основы взыскания налогов в севернопричерноморских государствах в своей основе были сходны с основами налогового регулирования во всем античном мире.

1. Блаватская Т.В. Рескрипты царя Аспурга // Советская археология. - 1965. - № 2. - С. 197-209.

2. Бузескул В. Введение в историю Греции. - Петроград, 1915.

3. Зубар В.М., Ліньова Є.А., Сон Н.О. Античний світ Північного Причорномор"я: Нариси історичного та соціально-економічного розвитку. - К.: Видавництво ім. Олени Теліги, 1999.

4. Зюнькін А.Г. Фінансове право. - К.: МАУП, 2001.

5. Кадеев В.И. Херсонес Таврический. Быт и культура (І-ІІІ вв. н.э.). - Харьков: АО "Бизнес Информ", 1996.

6. Леви Е.И. Ольвия. Город эпохи эллинизма. - Ленинград: Наука, 1985.

7. Ростовцев М.И. Дело о взимании проституционной подати в Херсонесе // Известия имп. Археологической комиссии. - 1916. - Вып. 60. - С. 63-69.

8. Ростовцев М.И. Римские гарнизоны на Таврическом полуострове и Ай-Тодорская крепость // Журнал Министерства народного просвещения. - 1900.- Март. - С.140 - 158.

9. Соломоник Э.И. Латинские надписи Херсонеса Таврического (тексты, перевод, комментарий). - М., 1983.

10. Турцевич И. Обращения к императору провинциальных сеймов, городских и других обществ в первые три века Римской империи // Известия Ист.-филол. института в Нежине. - 1901. - Т. 19. - № 124 . - С. 51-59.

11. Фінансове право / Керівник авт. колективу і відп. ред. Л.К.Воронова. - Харків: Фірма "Консум", 1998.

12. Юридический энциклопедический словарь. - М.: ИНФРА-М, 2000.

13. Latyschev V. Inscriptiones antiquae orae septentrionalis Ponti Euxini grecae et latinae. Vol. 1. Ed. 2. - Petropoli, 1916.